Блог Ивана Сычева

Начал писать книгу. Проба пера в фэнтези. Буду выкладывать по частям.
Первый кусок – самый крупный, в него вошло сразу пять частей.

Как-то тяжело бегать с больным животом. Спрашивается, отчего ему болеть-то? Вроде не переедал, питался нормально, не пил уже три недели — ан нет, боли дикие. Можно бы было спокойно полежать дома на диванчике, посмотреть телевизор, вместо того, чтобы идти бродить по центру города.

А теперь я бегу. Неизвестно куда, не особо быстро, но бегу. И если меня догонят эти двое благообразных молодых людей в серой форме — у меня будут крупные неприятности.

Простите за невежливость — меня зовут Максим, Максим Воронин. Обычное имя, обычная фамилия. Последние несколько часов я вообще не могу понять, что со мной происходит. Мой мозг меня не слушается, я вижу какие-то странные вещи и разговариваю сам с собой. Вернее, кто-то в моей голове разговаривает со мной — я пока не решаюсь ему отвечать. В данный момент я занимаюсь тем, что пытаюсь найти подворотню, где темнота поможет мне скрыться от бравых сотрудников правоохранительных органов, почему-то более похожих на оборотней.Оборотней в прямом смысле — бьюсь об заклад, что я видел их клыки, когда они подошли ко мне и потребовали предъявить документы. Один из них при этом как-то подозрительно рычал… Ну я и побежал.

Вот, кажется, и хороший переулок. «Ну ты и идиот, – услышал я снова голос в голове, – Ты что, слепой? Это же оборотни! Они тебя вмиг учуят в любой темноте, да и сожрут свеженьким, даже не пожарят как цивилизованную пищу!» Что ж, хоть какая-то польза в последние секунды жизни от раздвоения личности есть — через минуту после начала погони я понял, что мне крышка. «Не крышка тебе, придурок! Обернулся и быстро врезал им по морде, лошара!»

Повинуясь этому голосу, я, ничего не понимая, обернулся. За мной уже не гнались милиционеры — за мной гнались два огромных волка, мохнатых, с горящими глазами и со стекающими с непропорционально длинных клыков слюнями. Я уже не бежал от них, я почему-то просто достал из внутреннего кармана пиджака ручку и с глупым криком «Крибле-крабле» бросился на них. На мгновение они застыли, в их по-человечески злых глазах отобразилось недоумение… Доля секунды — и голова одного из них с ручкой в глазу летела в сторону «МакДональдса», а второго я держал за шкирку и свободной рукой вырывал ему сердце.

Спустя полминуты я начал понимать, что уже не нахожусь в Газетном переулке, а валяюсь, корчась от боли, на крыше одного из домов. Я не заходил в подъезд, я просто забрался на крышу шестого этажа. Живот не переставал болеть, купленный пару недель назад костюм надо было не просто выбрасывать, а сжигать — он был в крови. Остаётся только смеяться, чем я и занимался следующие двадцать минут.

Постепенно ко мне начало приходить сознание. Нет, тот факт, что меня только что чуть скушали, меня совершенно не пугал. Больше всего меня интересовал вопрос — как можно добраться до дома в другом конце мегаполиса в три часа ночи и в разодранном окровавленном костюме. Только потом я начал думать о том, что же произошло. Я подполз к краю крыши и взглянул вниз — волков не было, а кровь на мостовой осталась.

Мне вдруг стало всё глубоко параллельно. Я просто лёг и уснул прямо на крыше.

***

Разбудило меня вовсе не яркое солнце, поджаривающее москвичей каждое лето. Разбудил меня самый обыкновенный афроамериканец в чёрных очках и чёрном плаще. И мы были совсем не на крыше.

- Морфеус, – представился он.
- Таблетку от кашля давай, ты как раз вовремя, – ничего другого я ответить не мог.
- Тебе смешно, а я сурьёзно-сурьёзно, – голос этого человека внезапно стал выше, а сам герой фильма «Матрица» превратился в зайца из «Ну, погоди!»

Хороший сон. Зайчики, Лоуренсы Фишберны… Я закрыл глаза и получил от зайца звонкую затрещину. Это был не сон.

- Отдохни и поешь, поговорим позже!

После того, как заяц растворился в воздухе, столике появилась еда. Прежде чем приступить к трапезе, я огляделся. Комната более походила на строгую монашескую келью, только неприлично большую. Я сидел на узкой кровати, передо мной стоял грубый деревянный столик, рядом с которым я заметил пыльный ноутбук. Только в комнате не было ни дверей, ни окон.

Я всё ещё ничего не мог понять. Если это не сон, то где же я нахожусь? Еда как еда, довольно вкусная жареная курочка, салатик из свежих овощей, мягкий, всё ещё тёплый хлеб и… компот. Компота я уже лет пять не пил, только соки, от которых меня мучила изжога. А тут такой вкусный компот из красной смородины. Я и опомниться не успел, как смял всю еду подчистую.

- А мог бы тех волков сам скушать, что ж затормозил?— рядом со мной вновь образовался Морфеус, — Порвал просто и смылся — кто ж так делает. Для новичка ты, смею заметить, довольно крут. Футболом увлекался? Красиво вдарил одному. Был бы то мяч — он бы вместе с вратарём сетку порвал.

- Вы кто?
- Морфеус, сколько ж тебе раз говорить. Я самый обыкновенный Морфеус, и я сейчас буду учить тебя ложки гнуть.
- А серьёзно?
- Разве это важно? Я здесь, чтобы помочь тебе. На тебя охота объявлена. Довольно много за твою голову могут отвалить любые магические меньшинства.
- Зачем платить за голову куска офисного планктона? Что я кому сделал? — я начинал потихоньку сходить с ума.
- Ты убил двух оборотней! Красиво, хочу я тебе сказать, убил! Ты представляешь опасность для многих. Никто ведь не знает, кто ты — но просто так появившееся ниоткуда создание редко обладает такой огромной силой. Ты же их пожалел. Подумай… подумай… подумай… смотри…

На мгновение всё исчезло, а я почувствовал, что лечу. У меня хватило смелости открыть глаза лишь спустя минуту — на меня пялились человек десять дворников в грязных оранжевых жилетах. Костюм был в порядке, никакой грязи и крови. Я огляделся по сторонам и быстрым шагом направился в сторону метро.

По дороге я заметил чёрные лужицы посреди сухой мостовой — именно там, где вчера я оставил выпотрошенных волков. Живот уже не болел.

***

В голове был такой кавардак, что мне хотелось только поесть и не вспоминать о ночных событиях. Тем более я был уже почти уверен, что это были галлюцинации.

Холодильник был почти пуст. Только в морозилке я заметил какой-то пакет. Я достал его, положил на стол, открыл и… отпрыгнув, сшиб стул и выпал из кухни в коридор. В пакете я увидел чью-то ступню… обложенную чесночком и прочими специями.

- Что это ты разлетался? – над красиво разлёгшимся мной появилась симпатичная женская мордашка, – Уже поел?
- Тваюжеж мать! Ты кто?!
- Хватит на меня кричать!
- Ты как тут оказалась?

Я уже не лежал в коридоре, а стоял на кухне, в равном удалении от ноги на доске и девочки. Тут я хоть смог её разглядеть. Угловатое тело школьницы, светлые волосы, яркие зелёные глаза. Из одежды на ней были только трусики, что сильно сбивало с мыслей. Я и на свои ноги посмотрел — они были на месте. Прекрасно! Обнажённая девочка и нога в морозилке — что ещё должно ждать человека дома?

- Ты бы переоделся пошёл.
- Я никуда не пойду, пока ты не объяснишь, кто ты и как сюда забралась!
- Через окно. У тебя метлы нет? Я свою сломала.
- Какую метлу? Что происходит вообще?

Она просто зашла на кухню и вышвырнула меня обратно в коридор. Я улёгся примерно туда же, откуда встал минуту назад. Пока я пытался сообразить, что к чему, она достала сковороду, поставила её на огонь и начала резать ступню. Затем я обнял унитаз… не каждый день такое увидишь.

- Слабенький какой-то ты. У нас про тебя столько всего говорят — что ты кого угодно выпотрошишь и кого угодно скушаешь, не поморщившись. А тут тебя при виде отрезанной ноги затошнило. В общем, меня ты можешь называть Настенькой. Или Настёной. Я тебя не обижу, да и не смогу при всём желании — у тебя в любой момент может съехать крыша. В теории, ты можешь всю планету разнести к чертям. Только вряд ли ты этим будешь заниматься. Вообще, я пришла за помощью.
- Какой такой помощью? – я уже был в ванной, смирившись со своей милой гостьей, – я обыкновенный сотрудник банка!
- Ничего себе обыкновенный, – Настенька уже вовсю чавкала, – тебе, кстати, спинку потереть?
- Сам справлюсь.

Обвязавшись полотенцем, я дошёл до комнаты и надел любимые домашние шорты. В кухне я справился с тошнотой и сел за стол. От угощения пришлось отказаться — не привык я есть человечинку, чего по моей гостье не скажешь — она за обе щеки уплетала маленькие поджареные кусочки мяса. Только тут я заметил, что клыки у неё гораздо крупнее среднестатистических. Мысли продолжали путаться.

В шкафу я нашёл пару пачек быстрорастворимой овсянки и приготовил себе некое подобие завтрака. Девушка уже перестала тараторить, просто сидела и молча смотрела на меня… а я невольно косился на её грудь. Красивая…

- Хочешь меня? – от этого вопроса я чуть не уронил ложку, – ладно тебе. Неужели откажешься?
Я тебя даже не знаю! Я даже не уверен, человек ли ты. У тебя клыки, как у… ладно, неважно.
Как у оборотней, которых ты ночью растерзал. Я всё знаю. Мы все всё знаем. Только тебя никто найти не может. Ты не пахнешь. Тебя никто не видит. Любого человека найти можно, любого вампира, эльфа или оборотня, да кого угодно — но не тебя. Никто не понимает, что ты вообще такое. А когда ты убивал тех двоих, энергию чувствовали все. Всё равно что в центре Москвы взорвётся ядерная боеголовка, только при этом пострадают те, кого ты хочешь убить — но увидят все в радиусе нескольких сотен километров. Потому на тебя охотятся. Хотят узнать.
- А ты? Как ты меня нашла?
- Очень просто, – она гордо вручила мне появившийся ниоткуда мой паспорт, – ты обронил. Затем ты исчез, а я сразу пошла к тебе. Я же сказала, мне нужна твоя помощь. Но об этом — позже, надо немного отдохнуть.

Сопротивляться я был не в силах. Она уже сидела у меня на коленях, обнимала за шею и ласкала язычком мои губы.

***

Ближе к вечеру я сумел подняться с кровати. Рядом уже никого не было – странно, но я не слышал, как Настя уходила. Надо было идти до магазина, к счастью в соседнем доме расположился уютный круглосуточный гастроном.
На улице я понял, что начинаю потихоньку сходить с ума. Стали появляться какие-то видения: у одной девушки под волосами я увидел кошачьи ушки, у какого-то мужика – клыки… Около бомжа в подъезде были вообще разбросаны чёрные перья, слишком крупные, чтобы быть вороньими или голубиными. У меня у самого вид был совсем не обычный – я озирался по сторонам так, будто вокруг меня – целая толпа зомби и прочих монстров. Хотя, так оно и было.
Минут через десять я уже был дома с парой пакетов холостяцкого провианта вроде яиц, пива и тушёнки. Я поставил сковороду на газ, порезал колбаски, занёс нож над “отборным куриным яйцом” и… и снова оказался в непонятном месте. На сей раз каморка показалась мне немного больше. Голосом Левитана Фишберн провозгласил “Слава Советскому шампанскому” и разлил напиток по бокалам.
- Пиво, пиво – шампанское пить надо, напиток аристократический. Под стать всяким упырям и тебе подобным, – голос Морфеуса стал прежним.
- Не надо переходить на личности, а то я тебе бутылкой по голове заеду! – хоть я и был в шоке от происходящего, оскорбления терпеть не собирался.
- Да ладно, я ж шуткую. Ты ж, как говорится, мой подзащитный. Ну так, за встречу! Как говорится, пусть земля нам будет пухом и прочее-прочее.
- Я что, умер?
- Да ну тебя, что ж ты ересь несёшь всякую. Живой ты. Просто мне нужно тебе кое-что объяснить. Ты же хочешь знать, кто я, что тут делаю. Ты пей-пей. Как бы тебе без предысторий и прочего… А то ты в именах всяких пророков да ангелов запутаешься, и мы только время зря потратим. В общем, я – твой хранитель.
- Ангел-хранитель в плаще – забавно…
- Молодой человек, попрошу меня ангелом не называть. Я – хранитель. А не ангел-хранитель.
- А разница в чём?
- Да ты успокоишься или нет! Никто не учил не перебивать старших? Я по твоим меркам прожил лет двести пятьдесят. А ты к старикам – как к нелюдям! Молчать, кому сказал! Слушай: ты – какое-то забавное создание. Ни я, ни кто-либо ещё, кроме пары личностей, не понимаем – кто ты и откуда взялся. Но факт остаётся фактом – ты обладаешь колоссальной силой, и можешь всю планету вывернуть наизнанку. Мне позволили с тобой общаться только потому, что тебе нужна помощь. Вернее, надо весь мир спасать от тебя. Ты ж как… как… как бомба с часовым механизмом, на котором время по рэндому прокручивается ежесекундно.
- Спасибо, мне уже доложили. Лучше представься.
- Да называй меня как хочешь. Мне-то что. Леонардо, Миккеланджело, Донателло, хоть Сплинтером.
- Настоящее имя есть?
- Конечно! Сейчас, только паспорт достану. Где-то он у меня завалялся. В районе Гималаев. Ладно, называй меня Морфеем. Или Тимофеем. Ты, кстати, яичницей-то поделишься?
- Легко.
От неожиданности я выронил из руки яйцо. Мы очутились на кухне – я был в той же позе, что и до полёта в то самое неизвестно куда. Тимоша – так я его про себя уже прозвал – сидел с ногами на табуретке. Вместо плаща на нём были треники и задрипанная майка. Я едва не закатился со смеху под стол.
- Что ржёшь, что ржёшь, я тебя спрашиваю? А ну готовь жрать, жрать говорю, готовь! Я два раза два раза повторять не буду не буду! Готовь и слушай сказку. Будешь хорошо слушать, я тебя пивом угощу!
- Не забывай, в чьём доме находишься.
- Ой-ой-ой! Это ты не забывай, что я тебя с рождения, сволочь неблагодарную, от всякой нечисти оберегаю. А то б тебя какой-нибудь вампирчик домороченный скушал в пятом классе – и сейчас проблем ни у меня, ни у окружающих не было. Ты готовь, я голодный, а скоро отчёты печатать. Ангелам-хранителям хорошо – они в одну сторону пишут, а мне – на два фронта. Потом определюсь – и стану чёрным или белым, светлым или тёмным, красным или зелёным… Что-то мне шампанское в голову вдарило. Ну не суть. В общем, будем теперь работать вместе.
Я положил яичницу на тарелку и поставил перед Тимой. Хранитель начал уплетать еду за обе щеки, запивая уже вытащенным из холодильника пивом. С набитым ртом он продолжал говорить.
- А ты знаешь, кто у тебя в гостях-то был? Яичница вкусная, умеешь готовить. Так вот, это сводная сестрёнка одного весьма могущественного демона. А ты её хорошенько обработал сегодня, я всё видел. Но это ерунда – дело в том, что этот чёрт с рожками к сводной сестричке братских чувств не испытывает, он бы съел её при первой возможности. Если б смог. Она пришла к тебе за помощью – только у тебя, чисто теоретически, может не хватить мозгов для того, чтобы за неё вступиться. Я тебе больше скажу: ты за неё вступишься и этому демонёнку сделаешь ата-та.
- С чего вдруг?
- Потому что я так сказал.
Тут я вновь остался один на кухне, дожёвывать яичницу.

***

Один из законов, которые практически нельзя нарушить – это закон подлости. Он сработал и в этот раз. Представьте себе картину: вы спокойно кушаете на кухне свой холостяцкий поздний ужин, и тут окно разбивается вдребезги – не только стекло, но и вся рама! И в окно это влетает какое-то непонятное крылатое создание с уродливой мордой. Ладно, если б оно было как большая летучая мышь – ан нет, мыши слишком милые. Тут такая морда…
- Стой где стоишь! Где она? отвечай быстро! – я был в шоке! Оно ещё и говорить умело!
- Я не… не стою… я сижу тут и кушаю… она – это кто? А ты – это что? Ты это… не трогай меня, ладно?
- Если скажешь, где она – я тебя не трону. Быстро говори! – голос у этого адкого создания был самый препротивный, то низкий с хрипом, то переходящий на визг.
- А она – это кто? Ты… вы… требования свои разъясните, пожалуйста.
- В последний раз предупреждаю. Отвечай!
Сразу же после этих слов существо испачкало меня своей кровью. Ниоткуда появившийся на подоконнике человек с пистолетом выпустил несколько пуль прямо в голову этому демону, упырю или как его там лучше назвать. Оно упало на пол кухни. Странно, но я подумал в этот момент лишь о том, что отмывать мне всю эту дрянь придётся очень долго. Видимо, даже обои менять надо будет.
- Здрасти, – поздоровался я с очередным гостем, – С чем пожаловали?
- Да я это, за этим гонялся. Он достал уже, это. Я его и так, и сяк, и из Калашникова две обоймы высадил – он ж крылатый, так и скачет везде. Хорошо, на милицию не нарвался – а то б ещё быстрее бегать пришлось. Работа у меня такая. Отстреливать. А про тебя я слышал уже – в Нижнем мире вообще только про тебя и говорят, про то, как ты сестрёнку демонскую того. Ну ты понял, – этот человек лет сорока на вид вообще говорил невнятно. Одет он был слегка необычно – военные штаны и полинявшая от, видимо, не одной сотни стирок, матроска.
- Прекрасно. А ещё что говорят? – удивляться чему-либо я уже начал переставать.
- Да так, ничего больше. Матвей меня зовут, будем знакомы.
- А это и был тот братик?
- Да не, того братика мне б убить никак не удалось. Это так, мелюзга локального масштаба. Их по десятку в день вырубить можно. А тот братик, сынок, не хухры-мухры. Он нас обоих с потрохами сожрал бы.
Забавно. О ведьмочке с клыками уже все знают, но даже этот человек, видимо, охотник, не догадывается о том, кто я есть на самом деле. Остаётся открытым вопрос – если один уже пришёл за мной, то будут и другие. Я пока не умею пользоваться своей силой. Если, конечно, эта сила на самом деле реальна. В полночь мозг уже начинает отключаться.
- Ну это, ладно. Ты молчишь тут. Это, я пошёл тогда. Тут недалеко вроде ещё кто-то кого-то, так разобраться надо.
- Ты охотник?
- Ну, это, можно и так назвать. Достали просто тут некоторые, вот и приходится доставать из шкафа оружие и бегать. Как молодому, ей-богу! Как двадцатилетнему!
- Я ещё один вопрос задать хотел… Как вы на подоконник восьмого этажа забрались?
- А, ну это легко. Альпинизмом в молодости увлекался, а тут по балконам. С моей работой и не такому научишься. Бывай, в общем.
И он пропал. Вернее, сиганул обратно. Я не удержался и посмотрел из окна – и правда, он скакал по балконам как обезьянка. Затем Матвей скрылся в кустах, оставив о себе лишь невнятные воспоминания.
- Да я вымою, не беспокойся, – я аж подпрыгнул от неожиданности. Какие люди! Настенька вернулась.
- Ты сразу не могла сказать, что тут за тобой всякая нечисть толпами полезет? Я бы хоть окно открыл, а то стеклопакет ставил ведь пару месяцев назад. Обидно, однако.
- Да ладно тебе, – в её голосе слышалась не то обида, не то испуг, – Я оплачу. Ерунда это. Вот только отсюда нам пора уезжать, машина у подъезда.
- И ты увезёшь меня в лес, расчленишь, поджаришь на шампурах и закопаешь. Знаешь, мне что-то не нравится эта идея.
Настя посмотрела на меня так, что, имей она возможность прожигать глазами людей, я бы превратился в дуршлаг.
- Я тебе не врала и не делала тебе больно. После такого… дня, тебе совсем меня не жалко? Я же просила! Мне нужна твоя помощь!
- С места не сдвинусь, пока ты не объяснишь мне всё по порядку.
Она ещё раз одарила меня ненавидящим взглядом, неожиданно улыбнулась и села на табуретку.
- Что ж, ты сам захотел это услышать. Открой мне банку пива и сиди. Будешь перебивать – загрызу.

Отбеливание зубов ZOOM-3: отбеливание зубов петербург.

печать фотографий на холсте

Платья 2009-2010: платья оптом.

Ищете салон красоты: салон красоты.